Домой Новости В стране Свой трактор ближе к полю

Свой трактор ближе к полю

237
0

Насколько оправданны жалобы на белорусскую сельхозтехнику

• Какие покупки сажают хозяйства на финансовую иглу?

• Спасет ли «Джон Дир» хозяйство, где урожайность всего 30 центнеров на круг?

• Что мешает белорусской технике работать без сбоев: технические просчеты или низкая квалификация механизатора?

• Импортная сельхозтехника работает без отказа, а наша сыплется на ходу?

О белорусской технике говорят разное. В последнее время все чаще слышатся лестные отзывы. Но, к сожалению, еще немало тех, кто утверждает: работать и показывать достойный результат можно только на импортных агрегатах.

Собственно, в этом и есть главный вопрос — разобраться в преимуществах и недостатках отечественных агрегатов и их зарубежных аналогов. Спор завязался между первым заместителем начальника управления по сельскому хозяйству и продовольствию Стародорожского райисполкома Юрием СУЛИМЧИКОМ, главным инженером ОАО «Гастелловское» Александром ХРИПАЧЕМ и фермером из Смолевичского района Владимиром КРАПИВКОЙ.

«СГ»: — Специалисты подсчитали: качественная техника позволяет сохранить до 20 процентов урожая. И если, к примеру, в ОАО «Гастелловское» урожайность зерновых в этом году превысила 90 центнеров с гектара, то без малого две тонны выходит на круг. Александр Иванович, на какой технике работаете и согласны ли вы с этим высказыванием?

А. ХРИПАЧ: — Жатву, а кто с этим спорит, надо проводить в кратчайшие сроки. Каждый день просрочки грозит колоссальными потерями. Тем более при нашей урожайности: в этом году до ста немного не дотянули, а в прошлом году каждый гектар дал по 103 центнера зерна. Здесь никакой КЗС-1218 не справится — увы, производительность не та. Поэтому отечественные агрегаты особо в расчет не берем. У нас есть запасной вариант: помимо четырех белорусских, работают три импортных комбайна. Два из четырех энергонасыщенных тракторов тоже импортные. Зарубежного производства картофеле- и свеклоуборочный комбайны. Основной объем посевных работ стараемся выполнять немецкой сеялкой. Есть и ППМ-4, но стараемся реже использовать — процент надежности невысок.

«СГ»: — То есть отечественного производителя хоть и не игнорируете, но и не особо привечаете? Неужели импортные тракторы не ломаются?

А. ХРИПАЧ: — Любая техника выходит из строя. Только у отечественной отказов больше. Наглядный пример. Используем трактор МТЗ-2022 и Case. Первый наработал 3,5 тысячи мотто-часов, второй — на 2,5 тысячи больше. Если сравнивать по отказам, в МТЗ-2022 трижды ремонтировали коробку передач, три раза перебирали двигатель — и все равно дело дошло до капремонта. Case как работал, так и работает — только два датчика заменили.

«СГ»: — Цены на запчасти, наверное, зашкаливают?

А. ХРИПАЧ: — Затраты были незначительные. Конечно, если взять за основу зерноуборочный комбайн, разбежка по стоимости запчастей на КЗС-1218 и тот же CLAAS уже будет более серьезной.

В. КРАПИВКА: — Да, импортная техника берет качеством. Но, с другой стороны, сразу же подсаживает хозяйство на финансовую иглу. Деньги вытягивают и запчасти, и дилерские центры. Если наши тракторы просты в обслуживании, то в импортном собственными силами детали не заменишь. Нужно вызывать специалистов — их приезд обходится в копеечку. У меня три гомельских картофелеуборочных комбайна, пару лет назад приобрел старенький немецкий. Да, первое время он показывал высокую производительность — нарадоваться не мог. Сейчас, увы, выработка не та: во-первых, ему уже тринадцать лет, во-вторых, технику выводит из строя высокая каменистость полей. Отремонтировать можно, но нужно вложить столько средств и усилий, что проще купить новый отечественный комбайн и забыть о проблемах.

Ю. СУЛИМЧИК: — На любую ситуацию нужно смотреть шире. Чем импортная техника берет? Согласен, качеством. А дальше что? Ведь элементарное техобслуживание нам обходится раза в три дороже. Сейчас столкнулись с такой ситуацией: в одном из хозяйств сломался вентилятор на кормоуборочном комбайне John Deere. Казалось бы, простая маленькая деталь, а стоит-то 8 тысяч долларов. Даже для крепкого хозяйства-середнячка такие траты сродни расточительству. У других, может, ситуация иная. Я привел частный случай.

«СГ»: — Есть ли смысл в технике, которая держит на финансовом подсосе?

А. ХРИПАЧ: — Вы не с той стороны подходите к вопросу. Мы ведь выигрываем гораздо больше на производительности и надежности, потому что импортная техника ломается не так уж часто. Соответственно, чем меньше она выходит из строя, тем больше мы застрахованы от вынужденных простоев. То есть, когда приходит время убирать, мы убираем, а не ремонтируемся. Значит, и денег больше зарабатываем.

Ю. СУЛИМЧИК: — Да, в сезон работ техника не должна стоять. Но по опыту знаю, выходят из строя даже самым тщательным образом подготовленные агрегаты. Такого не бывает, чтобы все прошло без сучка и задоринки. Вот представьте: комбайн сломается. Повезет, если деталь найдется в дилерском центре. Если же это неходовая запчасть, ее придется заказывать за границей. Пока вышлют, пока пройдет растаможку — могут уйти недели. Только в сельском хозяйстве счет идет на часы. Хочешь получить быстрее — плати деньги. А на отечественную технику запчасти постоянно в наличии.

А. ХРИПАЧ: — Чтобы подобные ситуации не возникали, и существует инженерно-техническая служба. Она должна работать не для галочки, а предугадывать и упреждать поломки. У опытного специалиста глаз наметан.

«СГ»: — Александр Иванович, ладно, у вас урожайность такая. А если 40? На Витебщине, заметьте, и того меньше.

Ю. СУЛИМЧИК: — В этом году зерновых получили в пределах 30 центнеров с гектара. Повлияла засуха, да и балл пашни невысокий — всего лишь 22. В некоторых хозяйствах работает импортная техника на полях, и сложно судить, насколько ее наличие оправданно. Если нет плодородных земель, никакой импортный комбайн с 12-метровой жаткой не вырулит ситуацию. А ведь техника еще должна и окупиться.

В. КРАПИВКА: — Вот мы и подошли к главному — экономике вопроса. У меня уже 8 лет по найму работает МТЗ-3522. Никаких нареканий. Бывают мелкие поломки — и только. Да, менее производительный и мощный, чем тот же Fendt. Только кто-нибудь вникал, что мы получаем на выходе? А я просчитывал: гектар, обработанный МТЗ-3522, в три раза дешевле, чем импортным аналогом. Соответственно, себестоимость каждой тонны зерна или того же силоса будет гораздо ниже. Значит, мясо и молоко обойдутся хозяйству дешевле.

«СГ»: — Александр Иванович, в «Гастелловском» импортная техника окупилась?

А. ХРИПАЧ: — У нас высокие производственные результаты. Учитывая, что некоторые тракторы работают с 2006 года, полагаю, она давно себя оправдала.

В. КРАПИВКА: — Поверьте, можно купить дорогую иномарку и увязнуть по уши в долгах. Так и с сельхозтехникой.

А. ХРИПАЧ: — Спешу заметить: долгов у хозяйства нет. А залог высоких показателей — в том числе и в импортной технике. Все знают, что здесь не только узлы и детали более надежные — даже сам металл более качественный. Раз нет непредвиденных расходов на ремонт, значит, больше оборотных средств, которые можно вложить в развитие хозяйства.

Ю. СУЛИМЧИК: — Я 14 лет до нынешней должности работал начальником районной инспекции Гостехнадзора. Фактически вся белорусская техника проходила через мои руки. Поверьте, мне есть с чем сравнить и что сказать. В том числе ответственно заявляю: в последнее время качество наших машин серьезно приблизилось к импортным. Да, техника выходит из строя, чаще ломается. Может, мы требуем невозможного? Вспомните, когда было принято решение на уровне Правительства заняться производством отечественной сельхозтехники — в начале 2000-х. А некоторые зарубежные предприятия работали уже в конце XIX века. Мы начинали практически с нуля. Наш тракторный завод на тот момент выпускал МТЗ-82 различных модификаций — и все. Понятное дело, когда с конвейера сходили первые образцы новинок, отказы доходили до 5—10 на единицу. В частности, первые МТЗ-2022, МТЗ-2522 практически сразу становились на прикол, так как требовались огромные деньги, чтобы заставить эту технику заработать. Сейчас качество тракторов МТЗ-82 и МТЗ-1221 соответствует мировым стандартам, несмотря на первоначальные проблемы с двигателем у Т-260.

То, что сегодня мы видим, — командная работа и конструкторского бюро, и Белорусской МИС. Но основная нагрузка в тот момент легла на инспекцию Гостехнадзора. Мы не просто составляли отчеты — анализировали, какие узлы чаще всего выходят из строя, обращали внимание на недостатки, которые следовало устранить, тем самым помогая нашей промышленности делать технику качественнее. Какую картину мы видим сегодня? Показатель отказов техники «Гомсельмаша» снизился практически до единицы. Вот и судите сами о качестве — лучше оно становится или ухудшается? Да, оно будет уступать импортным образцам. Но гордость должен вызывать тот факт, что это наше и сделано в Беларуси.

«СГ»: — Иной раз кажется, что все помешались на импорте, и главные причины неудач видим как раз в отсутствии зарубежных агрегатов.

Ю. СУЛИМЧИК: — Это не только от техники зависит. Влияют другие нюансы: как обрабатывается почва, качество сева, глубина заделки семян, равномерность внесения удобрений. Собственно, это называется технологией.

В. КРАПИВКА: — Нет культуры производства — никакая чудо-техника не спасет. Я не первый год выращиваю картофель. При этом урожайность поздних сортов доходит до тысячи центнеров с гектара. И работаю исключительно на белорусской технике. Так что, как видите, корень зла и причина низкой урожайности не в месте происхождения.

«СГ»: — Сложно переломить закоренелые стереотипы. Неужели даже гарантия в два года на нашу технику не станет серьезным аргументом в ее пользу?

А. ХРИПАЧ: — Это достаточно серьезное преимущество. Но какой с этого толк, если, даже будучи на гарантии, техника ломается чаще. Поймите, трактор покупают не для того, чтобы не вылезать из ремонта. Лет пять с ним не должно быть серьезных проблем.

Ю. СУЛИМЧИК: — В республике два нормативных документа, которые способствуют повышению качества белорусской техники — Указ Президента № 189 и постановление Совмина № 952. Любой отказ, согласно этим двум документам, чреват большими потерями для завода-изготовителя. В этом случае покупатель может отсудить у предприятия 5 процентов от стоимости агрегата. Во-вторых, установлены сроки устранения отказа. С 1 апреля по 31 октября — 5 дней, в остальные месяцы — 14 дней. И за каждый день просрочки сверх установленной нормы предприятие выплачивает неустойку — 0,2 процента от стоимости. Вдобавок хозяйство вправе выставить сумму убытков: например, сколько недобрали зерна из-за вынужденного простоя.

Раньше было трудно находить общий язык с производителями — приходилось подавать в суды. Не раз представлял интересы хозяйств — и мы выигрывали. Заводы понесли астрономические убытки. Правда, сейчас они охотнее идут на сотрудничество. Благодаря и этому фактору в том числе мы привели нашу технику в более-менее конкурентоспособное состояние. Есть еще одно обстоятельство. На одном из совещаний в Минсельхозпроде озвучили: за 10 лет наша промышленность выпустила техники на 25 миллиардов долларов. Львиная ее часть ушла на экспорт в соседние страны, в том числе Россию. Поверьте, никто некачественную технику приобретать не станет, тем более рынок производителей сельхозмашин переполнен. Думаете, кто-то бы купил тот же МТЗ-1221, будь он плохим?

А. ХРИПАЧ: — МТЗ-1221 неплохой. Но хорош он для транспортных работ. Если же мы говорим о пахоте, претензии к качеству есть. К примеру, у нас возникли проблемы со сцеплением.

Ю. СУЛИМЧИК: — Вот мы уперлись в качество, и дальше собственного носа видеть отказываемся. Как будет развиваться отечественная промышленность, если разработки конструкторов будут жить лишь на бумаге? Мы требуем технику по европейскому подобию, а сами при этом отказываемся сделать шаг навстречу.

В. КРАПИВКА: — Давайте представим простую ситуацию. Я произвожу картофель, овощи. Вдруг возьму и поступлю по примеру других — перейду на импортную технику. На выходе получу желаемую производительность и, не исключено, более высокую урожайность. Только это рикошетом больно ударит по моему карману. Почему? Раз я откажусь от белорусской техники, ряд заводов перестанет работать на полную мощность. Значит, у людей упадет зарплата. Если в их кошельке окажется денег меньше обычного, кому нужны будут мои овощи, за которые нечем будет расплачиваться? А ведь я, образно говоря, живу от зарплаты до зарплаты на том же БЕЛАЗе, потому что моя выручка в эти дни раза в два-три вырастает.

С другой стороны, если мы тянемся к импортной технике, почему тогда не вкладываем деньги в соседских, более талантливых и успешных детей? Обратите внимание, что каждый родитель тянет изо всех сил своего ребенка, пусть даже это будет самый настоящий разгильдяй! Я к тому, что нужно развивать и поддерживать собственного производителя. Это единственно правильное решение.

«СГ»: — Мы готовы предъявлять претензии заводу-изготовителю, жалуясь, что техника буквально рассыпается на ходу. А роль человеческого фактора в истории поломок упустили?

В. КРАПИВКА: — У меня восемь МТЗ-82, один МТЗ-1521 и два МТЗ-1221. Плюс два отечественных погрузчика. Техника легка и проста в обслуживании. По-крупному ни разу не ломалась. Секрет в том, что преимущественно работают специалисты, у которых любая машина будет лучше новой — даже импортной фору дадут. От человеческого ресурса многое зависит. Один механизатор постоит, послушает, подкрутит, подожмет, подварит, но никогда не поедет, если не готов. А тот, кто послабее, будет ездить, пока трактор на ходу не развалится. И ремонт в итоге обходится дороже. Разве в том производитель виноват? 20 лет назад был председателем колхоза в Смолевичском районе. Поехали в Несвижский на семинар по подготовке техники. Так в мехмастерских хозяйства стояли старые Т-150, им лет по 25. Такого же возраста МТЗ. Все добротные, досмотренные. А в моем хозяйстве половина новых выглядела хуже, чем те старые. И это при меньшей в два раза выработке на трактор.

Ю. СУЛИМЧИК: — Новую и более современную технику нужно доверять опытным механизаторам. Сегодня ситуация в сельском хозяйстве несколько иная — работать не с кем: не только специалистов не хватает, но и толковых механизаторов. Мы от безысходности сажаем за руль тех, кого следовало бы уволить, чтобы они и близко к тракторам не подходили. В результате техника чаще ломается. И только поэтому судить, что она некачественная, — неправильно. В идеале должно быть пять претендентов из числа механизаторов на один трактор. В реальности — кого посадил, тот и поехал.

«СГ»: — Если исходить из этой ситуации, может, на самом деле высокопроизводительная импортная техника — выход из ситуации?

А. ХРИПАЧ: — Судите сами. Импортный комбайн у нас намолачивает за сезон 2,5 тысячи тонн зерна, а КЗС-1218 — всего лишь тысячу. Почвообрабатывающая техника также работает в разы быстрее. Согласитесь, проще найти двух-трех технически грамотных механизаторов с высоким интеллектом и посадить их на мощные агрегаты, чем, скажем, десять.

В. КРАПИВКА: — А если сильных нет? Неуч любую технику доведет до нерабочего состояния — и плакал ваш Fendt. Нужно смотреть по ситуации. Если работники не блещут технической грамотностью, лучше работать на отечественных тракторах, которые проще в обслуживании, к тому же и детали на него дешевле. Для приобретения импортной техники должно быть серьезное обоснование. Знаю хозяйство в Смолевичском районе — всех пересадили на Fendt, а МТЗ продали. Да, с планом справляться стали быстрее, зарплата выросла. Потому что было 86 механизаторов, стало 26. Экономия мнимая, так как импортную технику содержать нужно. Мощностей не хватало? Что мешало купить на один трактор больше, а деньги вложить в своих же людей? Например, построить жилье. И убить сразу двух зайцев: найти благодарного работника и закрепить специалиста на селе. Однозначно, обошлось бы дешевле.

«СГ»: — Может, потому все так и происходит, что все вокруг наслышаны об импортной технике, которую постоянно нахваливают?

В. КРАПИВКА: — Только в Смолевичском районе три фирмы по продаже зарубежных тракторов. Представляете, какая мощная сеть в масштабах страны создана. Они приезжают к фермерам, в хозяйства, проводят семинары и презентации. А наши предприятия молчат, словно сказать нечего. Между тем «Лидсельмаш» выпускает качественную технику, которая пользуется повышенным спросом в России. Один капустоуборочный комбайн чего стоит: работает не хуже импортного и в пять раз дешевле. Идем дальше. Французская машина, чтобы расстилать спанбонд. Казалось бы, ничего сложного: раскатать и прикопать, а стоит около 15 тысяч евро. Белорусская в пять раз дешевле. Дело ясное: маркетинг недорабатывает.

Ю. СУЛИМЧИК: — Нашей промышленности нужно более громко и настойчиво заявлять о себе. Тем более есть о чем сказать. Посмотрите на линейку сельхозмашин — позавидовать можно. Достаточно приехать на «Белагро», чтобы понять: это не пустые слова. Давайте посмотрим правде в глаза: не такая уж она и плохая. Просто любая техника любит грамотный подход.

А. ХРИПАЧ: — Если быть объективным, Юрий Николаевич ранее справедливо заметил, что качество нашей техники постоянно улучшается. На мой взгляд, именно импортные образцы и заставляют наших производителей добиваться лучших результатов. Конкуренция — двигатель прогресса.

В. КРАПИВКА: — От импортной техники нам полностью не уйти, особенно тем хозяйствам, где вышли на высокую урожайность. Но она должна присутствовать на наших полях по минимуму. Отечественный производитель прежде всего. В той же Европе торгуют только своим. И в их монастырь со своим уставом, то бишь трактором, просто так не попадешь. Поэтому больше склоняюсь к тому, что должен быть своего рода акциз, чтобы только богатый фермер или сельхозпредприятие с высокими показателями могли позволить себе ее купить, чтобы неповадно было разбазаривать деньги.

Источник